ЕС удается двигаться вперед, преодолевая все новые неприятности, потому что его члены однозначно верят в Союз, считает испанское издание El Pais. Оно подчеркивает, что без доверия всю структуру ждет тяжелый паралич, и сравнивает существование Евросоюза с чудесными спасениями знаменитого киногероя Индианы Джонса.

Евросоюз
Евросоюз
Иван Шилов © ИА REGNUM

«Индиана Джонс», серия приключенческих кинофильмов с Харрисоном Фордом, основывалась на эскапистском кинематографе 30-х и 40-х годов, — напоминает издание. — Сценарии более или менее следовали одной и той же схеме: герой попадает во всевозможные неприятности, из которых, кажется, невозможно выпутаться живым, но в конце концов ему удается преодолеть препятствия невредимым. Принцип ленты «В поисках утраченного ковчега» — старт которой в кинотеатрах был одним из лучших в истории кино — превосходная выжимка жанра: Индиана попадает в смертельные ловушки и под удары отравленных дротиков, выживает после того, как гигантский камень чуть его не раздавил, и все для того, чтобы оказаться в самолете со змеей. И только тогда у него начинаются настоящие проблемы».

Ход «европейского строительства» базируется на том же принципе: когда кажется, что любой успех невозможен, и все битвы проиграны, когда герой (в данном случае это будущее всех граждан ЕС, которому противостоит национальный эгоизм) вот-вот упадет в пропасть, возникает невероятное решение, которое тем не менее работает. Начиная с саммита в Дублине 30 ноября 1979 года, который закончился на рассвете, когда Маргарет Тэтчер объявила своим союзникам (тогда их еще было девять), что хотела бы вернуть свои деньги, ЕС двигался от катастрофы к катастрофе, пока не превратился в куда более хрупкую конструкцию, чем можно было бы ожидать с учетом его достижений: союз 28 государств (вероятно, уже 27), многие из которых недавно были авторитарными, а значительная часть имеет общую валюту и отказалась от контроля за внутренними границами.

Так много саммитов заканчивалось с восходом солнца, что три года назад председатель Европейского совета Дональд Туск предложил «европеизировать» график, то есть начинать собрания рано, а Жозе Мануэл Баррозу, когда возглавлял Еврокомиссию, говорил: «Неприемлемо, чтобы саммиты проходили как боксерские поединки». Однако под конец всегда возникало ощущение, что кто-то найдет решение, вытащит кролика из шляпы, как у театрального импресарио в исполнении Джеффри Раша в фильме «Влюбленный Шекспир». Сколько бы катастроф ни угрожало спектаклю, он демонстрировал слепую веру в то, что все закончится хорошо. Когда его спрашивали, почему, он отвечал: «Не знаю, это загадка».

«На самом деле, в случае Европы никакой загадки нет: общий проект развивался благодаря недвусмысленной воле его членов, в первую очередь самых сильных и решительных, таких как Германия, Франция или Испания. Являясь смешением гибкости и твердости, «красных линий» и уступок, ЕС оказался в состоянии двигаться вперед, потому что его участники отдавали себе отчет, что верят в Союз. Именно это, а не ультраправые, является настоящей проблемой, встающей в связи с европейскими выборами в воскресенье: готовы ли страны продолжать в том же духе? Ведь в Брюсселе только вера может двигать горы», — резюмирует El Pais.